ИНСТИТУТ ПРОБЛЕМ РАЗВИТИЯ НАУКИ РАН
На главнуюПочтаIn English
ИПРАН РАН
Электронная библиотека
Словарь Глоссарий статистических терминов

Экспресс-цифра

->19.11.2019
Квалификационный уровень исследователей, работающих в академических организациях, является довольно высоким. Численность докторов наук...
->21.10.2019
Удельный вес численности персонала академических организаций составил в 2017 г. 17,3% от общей численности персонала...



Электронное издание Наука за рубежом

Яндекс.Метрика


Медиа-проекты Института проблем развития науки РАН
Science-TV Facebook Facebook

Приоритетные направления развития и фундаментальная наука

Л.Э. МИНДЕЛИ, С.И. ЧЕРНЫХ

Инновационная экономика - особый тип экономики. Чтобы он сформировался, нужна система институтов, отличная от той, которая обеспечивает функционирование традиционной экономики. В любой стране инновационная экономика имеет реальные перспективы только при условии перехода от инноваций как точечного явления к формированию конкурентоспособной национальной инновационной системы. Еще Н. Кондратьев писал о необходимости сочетания предложения (наличие соответствующих научно-технических открытий и изобретений) с возможностью его практического применения. Он утверждал, что научно-технический прогресс не является чем-то внешним по отношению к экономике: “Направление и интенсивность научно-технических открытий и изобретений является функцией запросов практической действительности и предшествующего развития науки и техники. Применение же этих изобретений может осуществляться только при наличии необходимых экономических условий”1. Именно конкурентоспособная национальная инновационная система может создать эти условия и обеспечить адекватные ответы на долгосрочные вызовы. Первоосновой при этом выступает модернизация экономики.

Термин “модернизация” сейчас очень популярен и в обществе, и на высшем государственном уровне. При Президенте РФ создана комиссия по модернизации, работает также правительственная комиссия по высоким технологиям и инновациям. Вместе с тем, как подчеркивает первый заместитель руководителя президентской администрации В. Сурков, достижение “приличного уровня развития нормальных стран” - это только первая часть работы. “Вторая часть куда сложнее. Ее можно было бы назвать футуризацией, да ведь дело не в изобретении новых терминов. Она требует создания особого культурного и психологического климата. Это, собственно говоря, и есть путь инновационного развития. Под инновациями мы понимаем не копирование уже имеющихся образцов, а создание принципиально новых технологий”. При этом “главным конкурентным преимуществом являются уникальные знания или технологии”2.

Условием эффективного использования уникальных знаний и технологий является концентрация научного потенциала, финансовых и материально-технических ресурсов на приоритетных направлениях развития науки и техники. Под ними понимаются основные области исследований и разработок, реализация которых должна обеспечить значительный вклад в социально-экономическое и научно-техническое развитие страны и в достижение за счет этого национальных социально-экономических целей. В каждом из приоритетных направлений развития науки и техники можно выделить некоторую совокупность критических технологий. Под критическими технологиями понимаются такие технологии, которые носят межотраслевой характер, создают существенные предпосылки для развития многих технологических областей или направлений исследований и разработок и дают в совокупности главный вклад в решение ключевых проблем реализации приоритетных направлений развития науки и техники. Думается, не подлежит сомнению тезис, что приоритетные направления развития науки и техники должны иметь и соответствующее приоритетное финансирование, в противном случае понятие “приоритет” носит лишь декларативный характер.

Финансирование приоритетных направлений развития науки и техники, еще официально не утверждаемых, началось в новой России с 1992 г., в том числе в рамках федеральных целевых программ, по разделу “Фундаментальные исследования и содействие научно-техническому прогрессу”.

Впервые на федеральном уровне приоритетные направления развития науки и техники, а также критические технологии были утверждены 21 июля 1996 г. председателем Правительственной комиссии по научно-технической политике В. Черномырдиным. Принятию этого решения предшествовала работа, проведенная во исполнение постановления Правительства РФ от 17 апреля 1995 г. № 360 “О государственной поддержке развития науки и научно-технических разработок” и Указа Президента РФ от 13 июня 1996 г. № 884 “О доктрине развития российской науки”. Приоритетными были выбраны следующие направления:

  1. Фундаментальные исследования
  2. Информационные технологии и электроника
  3. Производственные технологии
  4. Новые материалы и химические продукты
  5. Технологии биологических и живых систем
  6. Транспорт
  7. Топливо и энергетика
  8. Экология и рациональное природопользование

Перечень приоритетов с самого начала оказался в противоречии с составом уже действующих федеральных целевых программ в научно-технической сфере. Число последних даже после всех сокращений составило 41. Статусы этих двух категорий были существенно различны. Возникла задача их интеграции. Выход был найден в формировании в сентябре 1996 г. единой федеральной целевой научно-технической программы “Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития науки и техники гражданского назначения” (ФЦНТП). За основу были взяты утвержденные 8 приоритетных направлений, в которые включили 39 подпрограмм. Подпрограммы, в свою очередь, были поделены на 213 направлений и комплексных проблем, а те - на 3735 научно-т ехнических проекта, в выполнении которых предполагалось участие 1118 научных организаций. Такой организационный “монстр”, естественно, был трудно управляем; к тому же в программе отсутствовал организационный механизм реализации приоритетов. В связи с этим по поручению Миннауки России в 1998 г. Центром исследований и статистики науки (ЦИСН) была выполнена работа по оценке состояния и перспектив развития критических технологий федерального уровня и уточнению их перечня. Из 238 детализированных технологий, по которым производилась оценка, эксперты выделили 63 как соответствующих или превышающих мировой уровень3.

Выделение ФЦНТП из состава прочих федеральных программ, содержащих НИОКР, связывалось с тем, что именно она призвана была выполнять функции основного механизма реализации национальных приоритетов в области науки и техники. В этой связи бюджетное финансирование программы можно рассматривать как отражение этих приоритетов в бюджетном процессе. Вместе с тем, формирование ФЦНТП через объединение научно-технических программ и их формальную привязку к официально установленным приоритетам предопределило ее недостатки и характер ее основных проблем, указанных выше.

Основными исполнителями в рамках ФЦНТП выступали государственные научные центры (ГНЦ). Как видно из таблицы 3.1, на их долю в 1993 г. приходилось 71 % бюджетных ассигнований на ФЦНТП, в 2004 г. - 51 %. Прочие средства шли на подпрограммы и проекты, соответствующие восьми приоритетным направлениям развития науки и техники и обеспечивающие реализацию последних, в том числе усилиями государственных академий наук.

Развитие сети ГНЦ стала одной из первых попыток реализации принципа селективности в современной российской научной политике. Целью программы, фактическая реализация которой началась еще в 1992 г., стало сохранение и развитие лучших отраслевых институтов. В разные годы сеть ГНЦ включала от 56 до 61 организации. Тематика работ ГНЦ по существу перекрывала весь спектр приоритетных направлений развития науки и техники и критических технологий. Обязательства государства перед ГНЦ состояли, прежде всего, в финансировании за счет средств бюджета фундаментальных и прикладных работ. Базовое финансирование этих центров дополнялось программным финансированием.

На практике же бюджетные обязательства не всегда исполнялись, сроки поступления средств нарушались. Высокие в отдельные годы показатели исполнения бюджета программы развития ГНЦ не отражали реального положения дел, поскольку были достигнуты за счет налоговых освобождений, системы взаимозачетов, других неденежных форм исполнения бюджета. Вдобавок сильные колебания в объемах финансирования были вызваны постоянным пересмотром системы приоритетов научно-технической политики. Ситуация, что ГНЦ получали бюджетные средства одновременно через вышестоящее министерство и программу ГНЦ, являлась следствием уже упоминавшейся несогласованности приоритетов в области науки и техники - отраслевых и правительственных. Это заставило руководство страны вернуться к вопросу официального утверждения научно-технических приоритетов уже на президентском уровне.

Новые приоритетные направления развития науки, технологий и техники Российской Федерации были утверждены Президентом РФ 20 марта 2002 г. (на совместном заседании Совета безопасности, президиума Госсовета и Совета при президенте по науке и высоким технологиям) одновременно с Основами государственной политики в области развития науки и технологий на период до 2010 года и дальнейшую перспективу. Целью выделения приоритетных направлений развития науки, технологий и техники была консолидация финансовых, материальных и интеллектуальных ресурсов на стратегически значимых точках роста. Принятый документ изначально включал 9 приоритетных направлений и перечень из 52 критических технологий. К приоритетным направлениям были отнесены:

  1. Информационно-телекоммуникационные технологии и электроника
  2. Космические и авиационные технологии
  3. Новые материалы и химические технологии
  4. Новые транспортные технологии
  5. Перспективные вооружения, военная и специальная техника
  6. Производственные технологии
  7. Технологии живых систем
  8. Экология и рациональное природопользование
  9. Энергосберегающие технологии.

Утверждение данных приоритетов совпало с формированием так называемых мегапроектов, инициатором которого выступило Министерство промышленности, науки и технологий РФ. Предполагалось, что это будет инструмент государственно-частного партнерства в инновационной сфере: поддерживая крупные инновационные проекты, государство принимает на себя технологические риски и тем самым создает условия для развития высокотехнологичного бизнеса. В состав обязательств исполнителей проектов было включено положение, согласно которому они должны гарантировать пятикратное превышение объемов продаж созданной продукции над суммой бюджетных средств по проекту.

Первый тендер на выполнение мегапроектов был объявлен в мае 2002 г. Всего было выбрано 12 мегапроектов по 7 “гражданским” приоритетным направлениям развития науки техники: информационно-телекоммуника ционные технологии и электроника; новые материалы и химические технологии; новые транспортные технологии; производственные технологии; технологии живых систем; экология и рациональное природопользование; энергосберегающие технологии. Ожидалось, что 200 млн долл. бюджетных средств, вложенных в мегапроекты, вернутся через 3-4 года в виде 1 млрд долл. и таким образом отечественным и иностранным инвесторам будет продемонстрирована выгодность вложений в российский наукоемкий сектор экономики.

В каждый выигравший проект было вложено примерно 20 млн долл. на срок до двух лет, что для научно-инновационной сферы является весьма значительным финансированием. Предполагалось, что бюджетные средства составят не более половины общего объема финансирования каждого проекта, остальное - средства частных инвесторов. На практике же оказалось, что по некоторым проектам, в частности тем, где головными исполнителями выступали институты РАН, доля бюджетного финансирования достигала 75 %. В целом опыт формирования мегапроектов показал, что государство здесь призвано выступать в качестве соинвестора, осуществляющего в рамках ГЧП отбор как объекта инвестиций, так и инвестиционного партнера. При этом проблема была не столько в отборе исполнителя для выполнения исследований и разработок, сколько в выборе надежного партнера - соинвестора, который фактически должен выступать наряду с государством заказчиком проекта.

В 2004 г. по поручению Правительства и Минобрнауки на основании комплексных научных исследований с привлечением ведущих ученых, экспертов и представителей бизнеса и при согласовании на межведомственном уровне перечень приоритетных направлений развития науки, технологий и техники был сокращен до 7. Основными критериями отбора были выбраны обеспечение национальной безопасности, снижение риска техногенных катастроф, ожидаемый вклад в ускорение роста ВВП и повышение конкурентоспособности экономики. Учитывались также имеющиеся условия для практической реализации технологий.

Новый вариант включал следующие приоритетные направления развития науки, технологий и техники.

  1. Информационно-телекоммуникационные системы
  2. Индустрия наносистем и материалов
  3. Живые системы
  4. Экология и рациональное природопользование
  5. Энергетика и энергосбережение
  6. Безопасность и противодействие терроризму
  7. Перспективные вооружения, военная и специальная техника. Перечень критических технологий сократился до 33, охватывающих следующие перспективные области: технологии передачи, обработки и защиты информации; технологии производства программного обеспечения; биоинформационные технологии; нанотехнологии и наномате-риалы; технологии создания биосовместимых материалов; биосенсорные технологии; биомедицинские технологии жизнеобеспечения и защиты человека; технологии биокатализа и биосинтеза; технологии переработки и утилизации техногенных образований и отходов; технологии новых и возобновляемых источников энергии.

С точки зрения размеров бюджетного финансирования наиболее весомыми являются направления “Индустрия наносистем и материалов” и “Живые системы”. Наиболее обеспеченны внебюджетными средствами направления “Энергетика и энергоснабжение” и “Рациональное природопользование”. Однако, как отмечают специалисты Института экономики РАН, ни по одному направлению не был выполнен норматив привлечения внебюджетных средств, согласно которому внебюджетное финансирование должно составлять не менее 30% направляемых бюджетных средств. Например, по 6 “невоенным” направлениям объем внебюджетного финансирования в 2007 г. составил всего 10,06% суммарного бюджетного финансирования НИОКР4.

В 2007 г. на смену ФЦНТП “Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития науки и техники”, срок действия которой закончился в 2006 г., пришла ФЦП “Исследования и разработки по приоритетным направлениям развития научно-технологического комплекса России на 2007-2012 годы”.

Общий объем финансирования данной программы на 2007-2012 гг. был определен в размере 194,89 млрд руб., в том числе за счет средств федерального бюджета - 133,83 млрд руб. Эти цифры определились исходя из необходимости реализации различных категорий проектов, в том числе их параметров (общая стоимость проекта, условия для привлечения средств внебюджетных источников, срок реализации и др.).

Переход к столь масштабной комплексной программе был продиктован стремлением увязать научные исследования и их коммерческую отдачу, то есть сформировать замкнутый инновационный цикл. Вместе с тем, в научных работах, посвященных этой теме, справедливо отмечается, что на практике между проектами, выполняемыми в каждом из ее пяти блоков (генерация знаний, разработка технологий, их коммерциализация, институциональная база, инфраструктура), практически нет тесной взаимосвязи. Укрупнение проектов также должно было иметь положительный эффект: в большинстве развитых стран средства концентрируются на ограниченном числе приоритетов в условиях формиррвания полновесных проектов, реализуемых в течение достаточно длительного времени. Однако в российском случае появление ограниченного числа укрупненных проектов (при наличии обширного государственного сектора науки, все организации которого рассчитывают, прежде всего, на бюджетную поддержку) означает сокращение числа получателей бюджетных средств при усилении элементов лоббирования5.

В 2009 г. в целях концентрации усилий государства, научного и предпринимательского сообщества на решение важнейших задач модернизации и технологического развития экономики Правительством Российской Федерации была проведена работа по дальнейшей корректировке приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в Российской Федерации и перечня критических технологий Российской Федерации. Постановлением Правительства Российской Федерации от 22 апреля 2009 г. № 340 утверждены Правила формирования, корректировки и реализации приоритетных направлений развития науки, технологий и техники в Российской Федерации и перечня критических технологий Российской Федерации.

Основной целью формирования, корректировки и реализации приоритетных направлений и перечня критических технологий является уточнение ориентиров развития отечественного научно-технического комплекса и национальной инновационной системы, исходя из национальных интересов России и тенденций мирового научного, технологического и инновационного развития, среднесрочных задач социально-экономического развития страны с учетом необходимости формирования экономики знаний, разработки и реализации важнейших государственных программ и проектов.

Приоритетные направления и перечень критических технологий взаимосвязаны с приоритетами модернизации национальной экономики, определенных Президентом Российской Федерации, Концепцией долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации на период до 2020 года, долгосрочным прогнозом технологического развития Российской Федерации до 2025 года, а также Основными направлениями деятельности Правительства Российской Федерации на период до 2012 года.

В результате работы экспертных групп, федеральных органов исполнительной власти и государственных академий наук, Военно-промышленной комиссии при Правительстве Российской Федерации было сформировано восемь приоритетных направлений и 27 критических технологий, которые являются наиболее перспективными с позиций технологического и инновационного развития, а также определяющими ориентирами совершенствования отечественного научно-технического комплекса с учетом среднесрочных социально-экономических задач развития страны. Современные приоритеты выглядят следующим образом:

  1. Индустрия наносистем.
  2. Информационно-телекоммуникационные системы.
  3. Науки о жизни.
  4. Рациональное природопользование.
  5. Транспортные и космические системы.
  6. Энергоэффективность, энергосбережение, ядерная энергетика.
  7. Перспективные виды вооружений, военной и специальной техники.
  8. Безопасность и противодействие терроризму.

Теперь посмотрим, как за 15 лет поменялся, если можно так выразиться, приоритет в приоритетах, сравнив наличие (или отсутствие) тех или иных позиций в официально утвержденных вариантах, а также в направлениях технологического прорыва, сформулированных Президентом РФ в июле 2009 г. (Таблица 1).

Аутсайдером в данном рейтинге, как видим, выступают фундаментальные исследования - они упомянуты в качестве приоритетных лишь в 1996 г., затем их “растворили” в других приоритетах, где они играют вспомогательную роль. Лидерами являются информационно-телеком муникационные технологии, живые системы (медицина), энергетика и энергосбережение, а также индустрия наносистем, в которую трансформировалась позиция “новые материалы и химические технологии”. Хотя нанотехнологии прямо и не указаны в президентских направлениях технологического прорыва, предполагается, что реализация этой позиции позволит создать новые перспективные материалы, приборы и устройства особого назначения с повышенным сроком службы, низкой материалоемкостью и весом конструкции, что, в свою очередь, будет способствовать укреплению национальной безопасности, повышению качества жизни, а также активизирует процессы импортозамещения и выхода на внешние рынки. Таким образом, индустрия наносистем, как представляется ее идеологам, должна пронизывать все остальные приоритеты и направления, чего, к сожалению, нельзя сказать о фундаментальных исследованиях, которые все больше становятся “чужими на этом празднике жизни”.

В связи с этим хотелось бы обратить внимание на следующий аспект. Инновационное развитие у нас непременно связывается с высокими технологиями. Однако следует помнить, что высокие технологии - это средство, а не самоцель. Нельзя, чтобы забывались другие факторы экономического роста: укрепление правовых основ хозяйственной деятельности, в том числе антимонопольного регулирования; сбалансированное развитие регионов; комплексное решение социальных, гуманитарных и экологических проблем; проведение эффективной денежно-кредитной и финансовой политики.

В развитых странах, построивших у себя конкурентоспособные национальные инновационные системы, очень высока доля высокотехнологичной продукции как в структуре внутреннего производства и потребления, так и в структуре экспорта. Этого, к сожалению, нельзя сказать о России. Весьма жестко в данном плане высказался В. Сурков: “Ситуация в сфере развития новых технологий для России весьма печальная. Собственные наши интеллектуальные силы невелики. Поэтому никакой суверенной модернизации не может быть. Тут я поставил бы обратную задачу. Чем более открытыми и дружелюбными мы будем и чем больше благодаря этому сможем получить от передовых стран денег, знаний, технологий, тем сувереннее и сильнее станет наша демократия”6. Здесь хотелось бы отметить два момента. Во-первых, российский интеллектуальный потенциал не так уж низок (об этом свидетельствует хотя бы число наших исследователей, работающих за границей, в том числе по причине недостаточного финансирования их работ на Родине). Во-вторых, переносить зарубежный опыт на отечественную почву следует очень осторожно, поскольку необходимо учитывать как особенности институциональной “заграничной” среды, в которой он формировался, так и российскую специфику.

Таблииа 1
Варианты приоритетных направлений развития науки и техники

    1996 2002 2004 2009 Направления технологического прорыва
1. Фундаментальные исследования + - - - -
2. Информационно-телекомму никационные технологии + + + + +
3. Производственные технологии + + - - -
4. Новые материалы и химические технологии + + - - -
5. Живые системы, медицина (наука о жизни) + + + + +
6. Транспортные технологии + + - + -
7. Энергетика и энергосбережение + + + + +
8. Экология и рациональное природопользование + + + + -
9. Космические технологии и системы - + - + +
10. Индустрия наносистем - - + + +
11. Оборонно-промышленный комплекс, ядерные технологии - + + + +
12. Безопасность и противодействие терроризму - - + + -

Эта специфика требует, по нашему мнению, бережного отношения к фундаментальной науке и соответствующим институтам, которые уже доказали свою “профпригодность”, в том числе в советские и дореволюционные времена. Речь идет, прежде всего, о Российской академии наук, работа которой в последнее время подвергается критике, по большей части ничем не обоснованной и неконструктивной. Мы уже имеем печальный опыт революционного разрушения старых институтов и построения новых под лозунгом “кто был ничем, тот станет всем”. Нельзя наступать на одни и те же грабли. Команда “современных научных администраторов и эффективных менеджеров” на самом деле не будет преобразовывать РАН в передовой научно-исследовательский центр с элементами коммерциализации, как пишут идеологии “реформации”, а будет работать на основе богатого (в прямом и переносном смыслах) опыта отечественных кризисных управляющих, деятельность которых в 1990-х годах привела к развалу многих организаций, в том числе в прикладной науке, и приватизации сомнительными структурами имеющих ценность активов.

На государственные академии наук приходится более 80 % бюджетных ассигнований на фундаментальные исследования. Главной функцией академического сектора науки является расширенное воспроизводство знаний мирового уровня, способствующих технологическому, экономическому, социальному и духовному развитию России; сохранение на этой основе статуса страны как мировой научной державы. Академический сектор науки является важнейшим механизмом развития и передачи из поколения в поколение интеллектуального и культурного потенциала нации. В настоящее время существует точка зрения об академической науке как о пережитке прошлого, идет противопоставление ее всему научному сообществу.7 Действительно, существуют неэффективные академические институты и “работают” неэффективные сотрудники, но это отнюдь не значит, что неэффективна вся система. Конечно, необходимо расширение конкурентной среды в научных организациях академического сектора науки, в том числе за счет оптимизации соотношения сметного, программно-целевого и конкурсного финансирования и совершенствования порядка замещения должностей.

До настоящего времени не урегулирован ряд конкретных вопросов, касающихся правового статуса организаций, подведомственных государственным академиям наук, что постоянно создает проблемы в их текущей деятельности. Поскольку президиумы государственных академий наук создают учреждения на базе федеральной собственности и от лица Российской Федерации, постольку они должны представлять собой разновидность государственных учреждений (наряду с бюджетными и автономными учреждениями). Это предполагает внесение соответствующих изменений в Гражданский и Бюджетный кодексы РФ. Решение этого вопроса, помимо прочего, откроет путь к реализации принятого Правительством РФ решения о финансировании государственных академий наук, в первую очередь РАН, из федерального бюджета через механизм субсидий.

В совершенствовании нуждается налоговый режим, который применяется к организациям государственных академий наук. Ничем, кроме чисто фискальных соображений, нельзя обосновать взимание налога на прибыль с поступлений от аренды за временно не используемое учреждениями государственных академий наук недвижимое имущество - и это при том, что согласно Федеральному закону “О науке и государственной научно-технической политике” данные поступления квалифицируются как дополнительное бюджетное финансирование.

Невозможно также признать рациональной и действующую систему взимания налога на землю с учреждений государственных академий наук. По сути, академические организации становятся участниками громоздкого механизма по перекачке федеральных средств в местные бюджеты. Механизм же компенсации налога на землю сопровождается многочисленными сбоями и конфликтами.

Необходимо освобождение государственных научных учреждений от уплаты налога на имущество, от импортных пошлин и налогов при покупке иностранного научного оборудования, если это оборудование будет использоваться для выполнения фундаментальных исследований.

В последние годы достаточно стабильно развивается вузовский сектор науки: число организаций, выполняющих в вузах исследования и разработки, выросло на 17 %, численность исследователей - на 16,4 %. Такой динамике способствовала государственная поддержка, ориентированная на вовлечение преподавателей, аспирантов и студентов в научные исследования. По данным экспертов, объем финансирования исследований в вузах Рособразования с 2002 по 2008 г. вырос с 8,69 млрд руб. до 27,91 млрд руб.8

Некоторые исследователи противопоставляют академическую и вузовскую науку. При этом идет оперирование количественными показателями, относимыми не к общей величине профессорско-преподавательского состава, а к довольно условному для вуза понятию исследователей (научных работников). Не принимается в расчет, что уровень достижений академической науки по большинству направлений существенно превышает успехи вузовской науки, поскольку для учебных организаций научная деятельность не является основной. И авторы этих пассажей сами признают приоритет академической науки, отмечая, что “российский вузы резко сократили отставание от РАН по абсолютным показателям”9.

Кроме того, по нашему мнению, неправомерна сама постановка вопроса, так как длительная история развития отечественных образования и науки показывает, что их высокий уровень обеспечивается взаимными тесными контактами. И это наглядно демонстрировали и демонстрируют достижения лучших по мировым меркам отечественных вузов - исследовательских университетов (МФТИ, МИФИ, МГУ и др.), основанные на взаимосвязи с профильными научными учреждениями.

С прекращением в 2005 г. действия ФЦП “Интеграция науки и высшего образования” темпы интеграционных процессов науки и образования существенно замедлились. Попытки решить эту проблему за счет увеличения объёмов финансирования научных исследований в высшей школе далеко не всегда приводят к успеху. Более того, известны случаи, когда вузы, занимавшие прежде передовые позиции, теряют свои преимущества именно в результате утраты связей с ведущими научными организациями и предприятиями наукоёмкой промышленности.

Сокращение объемов финансирования сказывается на масштабах образовательной деятельности государственных академий наук и не позволяет в полной мере обеспечить решение кадровой проблемы, прежде всего, подготовку специалистов для работы в сфере фундаментальныхисследований. Одним из путей решения могло бы стать создание нескольких академических исследовательских университетов, по аналогии с уже созданными федеральными исследовательскими университетами, а также расширение участия академических институтов в реализации образовательных программ Минобрнауки РФ.

Вице-президент РАН А. Некипелов отмечает, что, несмотря на некоторые реформы, положение с наукой в высших учебных заведениях остается нетерпимым. “В отдельных вузах, там, где сохранились серьезные школы, нужно напрямую финансировать эти школы, в основном, видимо, на конкурсной основе. Необходимо развитие всестороннего взаимодействия академической и вузовской науки и государственных научных центров и, наконец, максимальное использование (с учетом того состояния, в котором находится наш сектор прикладной науки) потенциала академической и вузовской науки”10. Действительно, учреждения РАН, ведущие вузы, государственные научные центры являются сейчас основными субъектами национальной инновационной системы; они способны как самостоятельно, в том числе при поддержке проектов государственными научными фондами, так и в кооперации осуществлять комплекс фундаментальных и прикладных исследований, создавая необходимые научно-технические заделы.

Представляется, что меры по совершенствованию организации академической науки должны приниматься взвешенно и аккуратно, поскольку она является основой культурного и интеллектуального потенциала нации. При этом важнейшей задачей государственной политики является повышение роли фундаментальной науки в решении стратегических задач модернизации. Мы выражаем надежду, что смещение акцентов государства в сторону национальных исследовательских университетов и центров не приведет к постепенному “угасанию” государственных академий наук. Государству, вузам и академическим организациям надо искать пути консолидации усилий по созданию конкурентоспособной национальной инновационной системы, а не выходить на “тропу войны”, которая неизвестно куда приведет.

Политика государства в отношении науки должна быть направлена на отработку взаимоприемлемых норм и правил, стимулирующих повышение эффективности работы всех научно-исследовательских и образовательных организаций. При этом оно (государство) должно учитывать в своих мерах дифференциацию проблемы по отраслям знаний, регионам, академическим организациям и вузам, предусматривая “социальный баланс” науки и образования.

Как уже отмечалось, для экономики, основанной на инновациях, требуется система институтов, отличная от той, которая обеспечивает функционирование традиционной экономики. Вместе с тем, чтобы произвести безболезненную замену одних институтов на другие, требуются убедительные доказательства, что действующие институты сдерживают экономический рост и препятствуют инновационному развитию. В отношении отечественной фундаментальной науки и ее основных институтов - государственных академий наук таких доказательств нет и быть не может.

1 Кондратьев Н.Д. Проблемы экономической динамики. М.: Экономика. 1989. С. 202.

2 Сурков В. Обновляйтесь, господа! // Итоги. 2009. № 44.

3 Подробнее см.: Лахтин Г.А., Миндели Л. Э. Контуры научно-технической политики. М.: ЦИСН. 2000. С. 30-34.

4 Ленчук Е.Б., Власкин Г.А. Инвестиционные аспекты инновационного роста М.: ЛИБРОКОМ. 2009. С. 142.

5 Дежина И.Г. Государственное регулирование науки в России. М.: Магистр. 2008. С. 110; Ленчук Е.Б., Власкин Г. А. Инвестиционные аспекты инновационного роста. М.: ЛИБРОКОМ. 2009. С. 142.

6 Итоги. 2009. № 44.

7 Вот что пишет, например, кандидат философских наук С. Кордонский: “Научное сообщество и академическая наука вынуждено (курсив авторов) сосуществуют в одном социальном пространстве, так как по совокупности обстоятельств практикующие ученые работают в институтах и лабораториях, чаще всего принадлежащим академиям, их приборы и оборудование приобретены или созданы за счет бюджетного финансирования, а научные и инфраструктурные коммуникации находятся на балансе организаций, возглавляемых членами академий” (Служение истине и инновационное развитие // Полит. ру. 15 апреля 2009 г.).

8 Фундаментальная наука в России: состояние и перспективы развития. Доклад Научно-организационного управления РАН. М.: 2009. С. 21.

9 Гуриев С., Ливанов Д., Северинов К. Шесть мифов Академии наук // Эксперт. 2009. Mb 48. С. 55.

10 Некипелов А. Д. Проблемы финансирования фундаментальных исследований в Российской академии наук / Аналитический сборник по материалам парламентских слушаний “Приоритеты поддержки отечественной науки и механизмы стимулирования инновационной деятельности”. М.: Издание Совета Федерации. 2009. С. 17.

Статья опубликована в монографии “Приоритеты и модернизация экономики России”. Институт экономики РАН. СПб.: Алетейя, 2011.

Copyright © 2010–2019 ИПРАН РАН.
Все права защищены.

| Об институте | Деятельность | Международное сотрудничество | Публикации | Избранные статьи | Контактная информация |