ИНСТИТУТ ПРОБЛЕМ РАЗВИТИЯ НАУКИ РАН
На главнуюПочтаIn English
ИПРАН РАН
Электронная библиотека
Словарь Глоссарий статистических терминов

Экспресс-цифра

->19.11.2019
Квалификационный уровень исследователей, работающих в академических организациях, является довольно высоким. Численность докторов наук...
->21.10.2019
Удельный вес численности персонала академических организаций составил в 2017 г. 17,3% от общей численности персонала...



Электронное издание Наука за рубежом

Яндекс.Метрика


Медиа-проекты Института проблем развития науки РАН
Science-TV Facebook Facebook

Проблемы интеграции научных исследований и разработок в экономическом пространстве России, Беларуси и Украины

В. Е. Чистякова, к. э. н., с. н. с. Института проблем развития науки РАН

Статья посвящена обоснованию путей повышения эффективности интеграционных процессов в сфере научных исследований и разработок, а также совершенствованию использования кадровой составляющей науки в интеграционном пространстве России, Беларуси и Украины.

Ключевые слова: интеграция, научные исследования, научно-исследовательские кадры.

В 2012 г. исполнится 15 лет с момента принятия Концепции экономического интеграционного развития Содружества Независимых Государств (далее — Концепция)1. Одним из важнейших стратегических ориентиров Концепции являлось создание общего научно-технологического пространства (ОНТП)2. В этой связи вполне закономерен вопрос о том, в какой мере удалось странам СНГ выполнить цели интеграции по созданию ОНТП, преодолеть отставание от промышленно развитых стран в уровне научно-технического и социально-экономического развития, создать условия для повышения конкурентоспособности и обеспечения устойчивости национальных экономик.

Давая общую оценку результатов интеграционного развития за прошедшие годы, можно в целом отметить, что за время своего формирования СНГ прошло сложный и, отнюдь, как показывает анализ, не оптимальный путь к экономической интеграции. Не всем странам удалось найти единый знаменатель для консолидации своих национальных интересов, векторы которых были направлены в разные регионы мира, в центры формирования интересов США, Китая, ЕС, Латинской Америки, ОПЕК и др.

Необходимо также подчеркнуть, что в процессе осуществления интеграционных мероприятий не было учтено происходящее в мировом хозяйстве смещение целевых приоритетов внешнеэкономического сотрудничества, ориентированных на повышение уровня образования, развитие новых технологий, внедрение инноваций, приумножение человеческого и интеллектуального капитала3.

Позиции стран Содружества в хозяйственном взаимодействии с внешним миром определяются тем, что они по прежнему экспортируют преимущественно сырье и продукцию первого передела, а импортируют главным образом потребительские товары, в том числе продовольствие, одежду, бытовую технику. Производители стран СНГ по существу остаются вне сферы международного инновационного и инвестиционного сотрудничества, не имеют прочных кооперационных связей с зарубежными партнерами, не включены в должной мере в интернациональные воспроизводственные цепочки.

Опыт свидетельствует, что в развитых странах Запада на долю новых или усовершенствованных технологий, оборудования и других продуктов, содержащих новые знания, приходится от 70 до 85% прироста валового внутреннего продукта. Они концентрируют у себя более 90% мирового научного потенциала и контролируют 80% глобального рынка высоких технологий, объем которого сегодня оценивается в $2,5-3 трлн, что по своим масштабам превосходит рынок сырьевых и энергетических ресурсов. Предполагается, что в ближайшие годы он достигнет $4 трлн. Ежегодно объемы экспорта наукоемкой продукции приносят США около $700 млрд, Германии — $530 млрд, Японии — $400 млрд [1].

Указанные и другие тенденции обуславливают необходимость переориентации интеграционных процессов стран СНГ на объединение и программную реализацию национальных секторов научных исследований и разработок (НИР).

Прежде всего необходимо интегрировать НИР России, Украины и Беларуси. Это обусловлено тем, что основная часть научно-технического потенциала стран СНГ приходилась на Россию, Украину и Беларусь.

Именно эти страны формировали ранее абсолютные и сравнительные конкурентные преимущества бывшего СССР и способствовали обеспечению сравнительно высокой устойчивости его позиций на мировой арене.

Эта особенность научно-технического развития сохранилась и сейчас4.

Создание объединенного научно-исследовательского пространства России, Украины и Беларуси, по нашим оценкам, может способствовать приросту ВВП в пределах 10-15%, а также увеличению средней продолжительности предстоящей жизни граждан [2].

Как известно, рассмотренные показатели формируют индекс развития человеческого потенциала (ИНЧП), ежегодно разрабатываемые Международным банком (рис. 1).

Из рис. 1 видно, что существует зависимость между ИРЧП и ВВП на душу населения. Так, страны с очень высоким индексом развития человеческого потенциала имеют более высокий показатель валового внутреннего продукта, произведенного на душу населения. Россия, Украина и Беларусь имеют наименьший ИРЧП среди всех рассмотренных стран. Соответственно, показатель

ВВП на душу населения в этих странах также невысок. Одной из причин этого явилось недостаточное финансирование НИР в рассматриваемых странах.

Снижение внутренних затрат на науку в последние годы сопровождалось ощутимым сокращением численности научных организаций и занятых в них работников, более чем двукратным сжатием материально-технической базы исследований, что привело к ее качественному ухудшению.

По данным на 1 января 2011 г., в научных организациях Российской Федерации насчитывалось 736,5 тыс. человек (рис. 2). Это самый низкий показатель из наблюдаемых данных о численности занятых в сфере науки, составивший лишь 37,9% по отношению к 1990 г. По отношению к общей численности занятых в экономике численность персонала сократилась с 2,6% в 1990 г. до 1,1% в настоящее время.

Сокращение численности персонала, занятого исследованиями и разработками, отмечается также и в Украине. Так, если по состоянию на 1990 г. исследованиями и разработками было занято 313,1 тыс. чел., то к 2010 г. численность персонала снизилась более чем вдвое и составила 141,1 тыс. чел. По отношению к общей численности занятых в экономике Украины численность персонала сократилась с 1,3% в 1995 г. до 0,7% в настоящее время.

В меньшей степени сокращение численности персонала, занятого исследованиями и разработками, затронуло Республику Беларусь. Так, за период 1995— 2010 гг. рассматриваемый показатель снизился на 7,6 тыс. чел., составив в 2010 г. 80,7% от уровня 1995 г. По отношению к общей численности занятых в экономике Беларуси численность персонала сократилась с 0,9% в 1995 г. до 0,7% в настоящее время.

Международные сопоставления показывают, что с каждым годом все большее число стран опережает Россию, Украину и Беларусь особенно по относительным показателям кадрового потенциала в науке (рис. 3).

Таким образом, в то время как во всех странах ОЭСР, включая передовые в научном отношении страны, существовала тенденция роста численности персонала, занятого исследованиями и разработками, в России, Беларуси и Украине наблюдалась обратная тенденция.

В результате Россия по показателю численности персонала, занятого исследованиями и разработками, на 10 тыс. занятых в экономике отстала от Финляндии, Швеции, Дании, Новой Зеландии, Франции, Японии, Австрии, Швейцарии, Норвегии, Канады, Бельгии и Германии, а показатели Кореи и Австралии практически сравнялись с российским.

В Беларуси и Украине численность персонала, занятого исследованиями и разработками, в расчете на 10 тыс. занятых в экономике, одна из самых низких, соответственно 68 и 47 человек. По этому показателю Беларусь и Украина опережает лишь Польшу, Турцию и Мексику. Численность исследователей в расчете на 10 тыс. занятых в экономике также невысока: в Беларуси — 43 человека, Украине — 36 человек.

При этом в России самая низкая доля исследователей среди персонала — 50,1%. Для сравнения: в Беларуси и Украине исследователей больше 60%.

На фоне снижения уровня занятости в науке наблюдается рост доли исследователей, имеющих ученые степени. В России эта доля выросла с 24,9% в 2004 г. до 28,5% в 2010 г. В первую очередь, это обусловлено абсолютным ростом численности докторов наук в их составе, которая выросла на 15,9% и в 2010 г. достигла 26,8 тыс. человек, что составило 7,3% от общей численности исследователей.

Другими факторами стали недостаточный приток молодежи и более интенсивный отток из науки лиц моложе 40 лет, среди которых преобладают кандидаты наук и особенно исследователи без ученой степени.

В Украине абсолютная численность докторов наук увеличилась с 2004 по 2010 гг. на 367 человек, у кандидатов наук рост был совсем незначительным, всего 26 человек. При этом удельный вес докторов и кандидатов наук в общей численности исследователей вырос, соответственно, с 4,8 в 2004 г. до 6,1% в 2010 г. и с 19,8 до 23,2%.

И только в Беларуси произошло снижение численности лиц с ученой степенью, причем как в абсолютном, так и в относительном выражении. В настоящее время доля докторов наук в численности исследователей составляет 3,6%, а кандидатов наук — 15,5%.

В качестве негативной тенденции управления развитием научно-исследовательской сферы в России и Украине в прошедшие годы следует отметить сокращение количества организаций, занятых научными исследованиями и разработками.

К началу 2011 г. в России насчитывалось 3492 организации, выполняющих исследования и разработки, что на 567 организаций меньше, чем их было в 1995 г. (табл. 1).

Таблица 1
Количество организаций, выполняющих научные исследования и разработки (Источник: Россия — данные Росстата; Украина — [12 ]; Беларусь — [13])

 

1995

2000

2005

2006

2007

2008

2009

2010

Россия

4059

4099

3566

3622

3957

3666

3536

3492

Украина

1453

1490

1510

1452

1404

1378

1340

1303

Беларусь

286

307

322

338

340

329

446*

468*

* Включая субъекты малого предпринимательства.

Также снизилось количество организаций, выполняющих научные исследования и разработки, и в Украине. В 2010 г. их было 1303, что на 150 организаций меньше, чем в 1995 г.

В Беларуси, напротив, стало почти на 64% больше организаций, занимающихся научными исследованиями и разработками. Их количество выросло с 286 в 1995 г. до 468 в 2010 г. Однако произошло это преимущественно за счет субъектов малого предприниматель-

ства, деятельность которых характеризуется в основном коммерческой ориентацией и может лишь косвенно относиться к научно-исследовательской сфере.

Параллельно с сокращением сферы ИР ухудшились структурные характеристики научных кадров. За годы реформ исследовательские организации покинуло более половины исследователей, значительную часть которых (до 60%) составляли наиболее квалифицированные и работоспособные специалисты. “Утечка умов” шла главным образом в бизнес — промышленные и инвестиционные компании, банки, совместные предприятия. В настоящее время почти половина оставшихся в науке специалистов старше 50 лет, средний возраст российского доктора наук составляет 62 года, кандидата наук — 52 года.

Вместе с тем необходимо отметить, что даже сохранившийся научный потенциал не используется в полной мере: платежеспособный спрос на ИР и научно-техническую продукцию со стороны государства и предпринимательского сектора весьма мал. Научно-техническая сфера России, Украины, Беларуси, вопреки бытующим представлениям, также недостаточно развита и заметно уступает по масштабам и интенсивности внедрения инноваций развитым странам. Внедрение инноваций финансируется главным образом за счет собственных средств предприятий и характеризуется предельно мизерными величинами расходов.

Отношение внутренних затрат на исследования и разработки к валовому внутреннему продукту в России в 2009 г. равнялись 1,04%, что намного меньше, чем в странах ОЭСР. Для сравнения: аналогичный показатель в Финляндии — 3,87%, в Швеции — 3,62%, в Японии - 3,44%, в Германии - 2,82%, в США - 2,79%, во Франции — 2,21%, в Нидерландах — 1,84%, в Великобритании — 1,81%, в Норвегии — 1,8% (рис. 4).

В абсолютном выражении (в пересчете по общему паритету покупательной способности валют) Россия затрачивает на науку меньше Японии в 9,3 раза, Германии — в 4,7 раза, Франции — в 2,8 раза. Расходы а науку в США больше российских в 24 раза [5].

В Беларуси и Украине данный показатель еще ниже: соответственно 0,97% и 0,87%.

Экономическая интеграция, рассматриваемая как процесс организации эффективных производственно-хозяйственных отношений между договаривающимися странами, способствует устранению имеющихся барьеров в движении товаров, услуг, труда, капитала и таким образом способствует увеличению масштабов, обеспечению устойчивости и стабилизации производства валового внутреннего продукта. Поэтому национальные программы социально-экономического развития интегрирующихся стран должны предусматривать увеличение масштабов, как импорта, так и экспорта товаров и услуг. Это обусловлено тем, что экспортная составляющая ВВП определяется динамикой и величиной его производства, формируя совокупное предложение, а импортируемая величина ВВП обусловлена необходимостью удовлетворения существующего спроса на товары и услуги. Общая закономерность формирования указанных пропорций может быть описана эмпирической прямо пропорциональной зависимостью, т. е. с ростом (снижением) внешнеторгового оборота, как правило, в определенной пропорции также растет (снижается) и ВВП. В частности, установлено, что за период 1985-2000 гг. при росте мирового товарооборота в 1,5 раза, мировой ВВП также увеличился в 1,5 раза [2].

Исторически сложившиеся производственно-экономические связи между бывшими республиками страны, как показал их анализ, нельзя признать эффективными, потому что по имеющимся оценкам доля добавленной стоимости в вывозе составляла 30,1%, а в объеме всей произведенной продукции примерно 35%. Это свидетельствует о сырьевой направленности межреспубликанских экономических связей и низком уровне развития научно-технических взаимодействий. По расчетам Ф. А. Клоцвога и Д. А. Мацнева, отказ от ввоза продукции российской нефтегазовой промышленности сокращает конечный продукт других республик на 40%, в том числе: химической — на 35%, леса и лесоматериалов — на 27% и т. д. [6].

За анализируемый период ситуация мало изменилась, потому что курс государств, ориентированный на коренное усовершенствование экономических структур национальных хозяйств на основе широкого внедрения новых технологий и результатов научно-технических достижений, пока еще реализуется медленно и не отвечает требованиям времени. Это в частности подтверждается сравнительно медленными темпами роста доли услуг в общем объеме производимого продукта в странах СНГ.

Россия, Украина и Беларусь, входящие в первую десятку стран мира по общему объему ВВП, являются тем не менее одним из аутсайдеров международного обмена.

Удельный вес России в мировой торговле весьма незначителен: 2,4% — в экспорте и 1,3% — в импорте (рис. 5). Отечественные предприятия остаются по существу вне процессов международного товарооборота. Беларусь и Украина в мировом экспорте и импорте занимают менее 0,5%.

Структура суммарного ВВП России, Беларуси и Украины также существенно иная, чем у развитых стран и в мире в целом (табл. 2). По удельному весу высокотехнологичных отраслей материального про-изводства и сферы услуг Россия, Украина и Беларусь близки к развивающимся странам и находятся где-то между Китаем и Бразилией.

Таблица 2
Удельный вес отдельных секторов в производстве ВВП, % (Источник: [ 14 ])

 

Сельское хозяйство

Промышленность

Услуги

Мир в целом

7,8

26,0

60,3

Развитые страны

2,8

23,3

68,7

Развивающиеся страны

13,3

28,7

51,2

Китай

11,1

43,0

34,6

Бразилия

7,4

26,5

59,8

Россия

4,7

27,2

53,1

Беларусь

9,3

29,1

39,4

Украина

7,7

25,0

52,5

Механизм преобразования структуры народного хозяйства предполагает ликвидацию неэффективных и неперспективных предприятий, реорганизацию и оздоровление перспективных и сооружение новых предприятий на современном научно-технологическом уровне, прежде всего в приоритетных отраслях. Первую проблему не удалось решить ни в одной стране СНГ. Одной из причин этого являлось отсутствие механизмов стимулирования развития новых технологий в специализированных отраслях национальных хозяйств, обеспечивающих их межгосударственную кооперацию. Кроме этого, не была разработана межгосударственная программа решения этой проблемы. Почти во всех странах СНГ использовались традиционные механизмы регулирования их развития, предусматривающие льготное кредитование и дотации (АПК, угольная промышленность, сфера услуг и др.) из бюджета и внебюджетных фондов. Это способствовало предотвращению банкротства нерентабельных предприятий, возможного всплеска безработицы, но при этом сохранялось большое число неэффективных рабочих мест, снижались реальные доходы формально занятых на этих местах, а главное — разрушались стимулы к высокопроизводительному труду, обновлению производства и подбору компетентных управляющих. При этом не было учтено, что в конце XX в. 85% прироста ВВП развитые страны получали за счет нововведений в технике, технологии, организации производства и управления, а не за счет увеличения добычи сырья или расширения выпуска давно известной традиционной продукции.

Непременными условиями укрепления позиций России, Украины и Беларуси в системе мирохозяйственных связей являются не только структурная перестройка экономики и обновление их технологического базиса, но также и кардинальная модернизация механизмов управления и регулирования развития научных исследований и разработок, ориентированных на расширенное воспроизводство и использование научных кадров, обеспечивающих повышение эффективности и конкурентоспособности производства. Это в итоге может обеспечить изменение характера обмена с внешним миром и качественный экономический рост.

Резюмируя изложенное, отметим, что для повышения эффективности интеграционных процессов на пространстве СНГ необходимо:

  • усилить ориентацию России, Украины и Беларуси на объединение и программную реализацию национальных секторов научных исследований и разработок;
  • развивать исследования, ориентированные на развитие кадрового потенциала научных исследований и разработок, на основе усиления взаимосвязей науки, образования и инновационной деятельности. Методы и инструменты управления научно-технологическим пространством России, Беларуси и Украины должны органически сопрягаться с механизмами управления национальными хозяйствами;
  • при выборе объектов формирования интеграционных процессов приоритеты должны обосновываться показателями эффективности их осуществления, например такими как ИРЧП, вклад научных исследований и разработок в темпы прироста ВВП, в формирование рациональной структуры национальных хозяйств, в положительное сальдо экспорта и импорта, в создание новых производств, в прирост человеческого капитала и др.; разработать модели формирования и взаимодополняющие механизмы совершенствования регулирования рынка труда с учетом потребностей развития национальных НИР, включения спроса и предложения высококвалифицированных специалистов в сегменты страновых и мирового рынков научных кадров.

1 Концепция была одобрена решением Совета глав государств Содружества 28 марта 1997 г. Она представляет собой систему взаимосогласованных взглядов стран - участниц Содружества на общие для них цели и приоритеты, пути, принципы и ме¬ханизмы социально-экономического развития и вхождения в мировую экономику в условиях глобализации.

2 Под ОНТП понимается создание гармонизированной межго¬сударственной среды, способствующей повышению эффектив¬ности использования имеющихся научно-технических нацио¬нальных потенциалов на основе создания межгосударственных научных центров, совместных корпораций, международных инновационно-инвестиционных фондов, оптимизации прав по управлению интеллектуальной и промышленной собствен¬ностью, подготовки научных и инженерных кадров и др.

3 Вместо этих ориентиров правительственные структуры боль¬шинства стран СНГ руководствовались политическими амби¬циями, стремлениями угодить мировым элитам и получить их одобрение, а предпринимательские круги — созданием условий для роста прибыли и доходов от внешнеторговых операций.

4 Являясь географическим и социокультурным звеном, связы¬вающим интегрирующуюся Европу и бурно развивающиеся страны Азиатско-Тихоокеанского региона, эти государства имеют все экономические предпосылки для формирования рынков инновационной продукции и услуг и располагают для этого вполне достаточным, но далеко еще не востребованным кадровым потенциалом в сфере научных исследований и раз¬работок. По нашим оценкам, современный промышленный по¬тенциал России, Беларуси, Украины составляет примерно 10% мирового, запасы основных видов природных ресурсов — око¬ло 25%, экспортный потенциал — 4,5%. Научно-технический потенциал России, Беларуси, Украины, выраженный в форме интеллектуальной собственности, по некоторым данным составляет не менее $500 млрд, а платежеспособный спрос на наукоемкую продукцию может выражаться объемами в $150-200 млрд.

* * *

Статья подготовлена при поддержке РГНФ, проект № 11-02-00399а “Исследование интеграционных процессов научно-технического развития России, Украины и Беларуси”.

Список использованных источников

  1. Концепция экономического интеграционного развития Содружества Независимых государств. 28 марта 1997 г. Совет глав государств СНГ.
  2. Э. Абель, Б. Бернанке. Макроэкономика. СПб.: Питер, 2008.
  3. OECD, Main Science and Technology Indicators database, Volume 2010. Issue 2. OECD 2011.
  4. http://gtmarket.ru/ratings/human-development-index/human-development-index-info.
  5. В. Оболенский. Россия в международном разделении труда: вечный поставщик энергоресурсов?//Мировая экономика и международные отношения, № 6, 2004.
  6. Д. А. Мацнев. СНГ: Межгосударственное регулирование экономической интеграции. М.: РАГС. 2003.
  7. Состояние и перспективы развития межрегионального и приграничного сотрудничества государств - участников СНГ. М., 2004.
  8. Экономика СНГ (Выпуск 4). Состояние рынка труда и миграция населения в СНГ. М.: Исполнительный комитет СНГ, 2000.
  9. Экономика СНГ: 10 лет реформирования и интеграционного развития. М.: Финстатинформ. 2001.
  10. Национальная экономика. М.: Инфра-М, 2010.
  11. http://www.ng.ru/cis/201l-08-26/l_kiev.html .
  12. http://www.ukrstat.gov.ua.
  13. http://www.belstat.gov.by.
  14. Россия и страны мира. М.: Росстат, 2010.
  15. Российский статистический ежегодник. М.: Росстат, 2010.

Scientific and Technological Integration in the economic area of Russia, Belarus and Ukraine V. E. Chistjakova, Ph. D.

The paper discusses issues of integration in scientific capacities of Russia, Belarus and Ukraine as well as problems of R&D human resources policy in the integrated area of these countries

Keywords: integration, scientific research, R&D human resources.

Статья опубликована в Журнале об инновационной деятельности "Инновации", 12 (158), декабрь, 2011.

Copyright © 2010–2019 ИПРАН РАН.
Все права защищены.

| Об институте | Деятельность | Международное сотрудничество | Публикации | Избранные статьи | Контактная информация |