ИНСТИТУТ ПРОБЛЕМ РАЗВИТИЯ НАУКИ РАН
На главнуюПочтаIn English
ИПРАН РАН
Электронная библиотека
Словарь Глоссарий статистических терминов

Экспресс-цифра

->19.11.2019
Квалификационный уровень исследователей, работающих в академических организациях, является довольно высоким. Численность докторов наук...
->21.10.2019
Удельный вес численности персонала академических организаций составил в 2017 г. 17,3% от общей численности персонала...



Электронное издание Наука за рубежом

Яндекс.Метрика


Медиа-проекты Института проблем развития науки РАН
Science-TV Facebook Facebook

Инновационная невосприимчивость отечественной экономики

Л.П. Клеева

Многие развитые страны сегодня завершают переход к инновационной экономике. Это выражается в том, что количество новшеств, внедряемых современными компаниями, постоянно растет и определяет конкурентоспособность последних.

Проведенное в 2002-2006 гг. обследование1 ведущих стран Европы показало, что доля организаций, осуществлявших технологические инновации, в них достаточно велика. Она составляет более 65 % в Германии, 50 % - в Швеции, 53 % - в Великобритании, 40,9 % - в Португалии, 36, 3% - в Италии и 32,6% - во Франции. При этом доля производства инновационно-активных предприятий также довольно велика: удельный вес товаров (работ и услуг) организаций, осуществлявших технологические инновации составляет 89,3 % в Германии, 74,5% - в Швеции, 73,4 % - в Великобритании, 68,4 % - во Франции, 67,6% - в Португалии, 64,8 % - в Италии. Всего же на рынках этих стран доля новых для рынка инновационных товаров (работ, услуг) в общем объеме промышленного производства составляет: в Швеции - 14,6%, в Германии - 10,9%, в Великобритании и Франции - 10,2%, в Италии - 9,3 %, в Португалии - 6,8 %.

Если сравнить эти данные со статистикой по России, картина получается явно не в нашу пользу. Так, в 2008 г. в России доля организаций, осуществлявших технологические инновации, составляла 8,0 %, удельный вес товаров (работ и услуг) организаций, осуществлявших технологические инновации - 31,2, доля новых для рынка инновационных товаров (работ, услуг) в общем объеме промышленного производства - 0,4 %2. Для более полной характеристики отечественного инновационного процесса добавим, что среди представленных в данной статистике инновационно-активных предприятий существенную долю занимают те из них, которые внедряют новшества, являющиеся таковыми только для данной компании. А другие фирмы и тем более, за рубежом, от них уже давно могли отказаться по причине морального устаревания. Среди инновационно-активных отечественных предприятий широко распространен импорт технологий, что часто оказывается переводом в Росси устаревших технологий.

При этом нет никаких оснований считать, что отечественная наука не способна получать значимые результаты, способные инициировать развитие новых технологий. Несмотря на то, что в течение всего периода радикальных реформ российская наука недофинансировалась, теряла свой престиж в обществе и своих ученых, вынужденных отправиться во внутреннюю (в другие сектора экономики) и внешнюю (за рубеж) миграцию.

И, несмотря на то, что в указанный период многие отечественные научные достижения и научные заделы за бесценок или даже бесплатно были получены зарубежными компаниями. Это происходило в разных формах: неравноправных договоров, в результате деятельности зарубежных фондов, в ходе внешней эмиграции ученых. И сегодня достижения отечественных ученых активно скупаются зарубежными компаниями, чтобы стать основой зарубежных инноваций принося своим хозяевам (а не создателям) интеллектуальную ренту.

Несоответствие такого положения интересам России и отечественных компаний и даже его абсурдность давно стали очевидны в обществе. И тем нем менее, реальных эффективных шагов по его изменению пока не делается. Постараемся проанализировать причины происходящего и возможные шаги по улучшению ситуации.

Инновации по степени их новизны обычно условно разделяются на:

  • радикальные (стратегические инновации, обеспечивающие прорыв в теории и практике);
  • модифицирующие (улучшающие отдельные элементы существующих систем);
  • условные (представляющие собой новое сочетание прежних элементов);
  • комбинированные (объединяющие черты всех перечисленных выше типов).

Эти четыре типа инноваций обеспечиваются разными типами предваряющих их исследований и разработок. Наиболее радикальные, стратегические инновации, обычно требуют прохождения всего инновационного цикла: фундаментальных и прикладных исследований, разработок, внедрения и масштабирования (завоевание рынков) новшества. Остальные типы инноваций могут не требовать новых достижений фундаментальной науки, но часто им необходимы прикладные исследования и всегда разработки (доведение новшества до производства) и внедрение, а также кроме определенных случаев - масштабирование. Отметим еще раз, что наиболее радикальные стратегические новшества базируются на достижениях фундаментальной науки.

Теперь, исходя из потребностей обеспечения отечественного процесса создания и внедрения новшеств рассмотрим состояние сфер нашей экономики, обеспечивающих в ней инновационный цикл, который обычно, включает в себя фундаментальную и прикладную науку, разработки и внедрение создаваемых на первых трех стадиях новшеств. Из классификации новшеств видно, что некоторые из них могут требовать только прикладных исследований, разработок и внедрения или даже только разработок и внедрения. При этом радикальные новшества требуют прохождения всего новшеством всего цикла.

Данные относительно российской экономики свидетельствуют о том. Что в ходе радикальных экономических реформ в ней были разорваны стадии инновационного цикла. Всего с 1991 по 2008 гг. общее количество организаций, выполняющих исследования и разработки уменьшилось на 25 %. Однако при этом количество научно-исследовательских организаций практически не изменилось, число конструкторских бюро уменьшилось в 2,2 раза, количество проектных и проектно-изыскательных организаций уменьшилось в 13,5 раза (!), а количество ведущих НИР промышленных организаций сократилось на 67 %3.

Таким образом, в стране, несмотря на все радикальное сокращение финансирования в 90-х годах прошлого века еще осталась работающая фундаментальная наука, получающая значимые результаты. Что подтверждает и активный интерес к ее достижениям из-за рубежа. Иными словами, в стране пока еще есть предпосылки формирования даже радикальных стратегических инноваций.

Однако большинство научных достижений сами по себе не могут стать инновациями. Для этого сначала нужно выявить способы применения новых знаний при решении практических проблем. Для этого нужна прикладной сектор науки, а он сократился более, чем в два раза. Но и этого недостаточно. Полученные новшества необходимо довести до вида, в котором оно может реально внедряться в производство (например, создать опытный образец). Для этого нужны разработки, производимые проектными и проектно-изыскательскими организациями. А как это видно из приведенных цифр, эта стадия НИОКР в стране была практически уничтожена (если в 1995 г. таких организаций было 559, то в 2008 г. - всего 42.

Иными словами, достижения отечественной фундаментальной науки и оставшейся части прикладной не могут быть доведены до внедрения в силу явно недостаточного присутствия в стране организаций, обеспечивающих их доведение до внедрения.

Заметим, что широко рекламируемые сегодня венчурные фонды могут использоваться только на стадии внедрения новшества, а посевных фондов, ориентированных на довнедренческие стадии, пока недостаточно.

Еще одна причина того, что отечественные новшества не внедряются в российскую экономику, связана с ее общей невосприимчивостью к инновациям. Действительно, положение нашей компании на рынке, в отличие от развитых стран, определяется отнюдь не ее способностью предлагать новую продукцию, внедрять новые технологии для улучшения качества товара или услуги и снижения затрат.

Такое положение связано, во-первых со способностью руководства компании заручиться поддержкой органов власти того или иного уровня. Во-вторых, с ее доступом к дефицитным ресурсам, делающим ее положение монопольным, что совсем не стимулирует инновации. И, в-третьих, с тяжелым финансовым положением не занимающих монопольного положения компаний, отсутствием у средств на инновационную деятельность. В отечественной экономике отнюдь не способность к инновационной деятельности и даже не к качественному удовлетворению запросов населения определяет положение компании на рынке.

Иными словами, отечественные научные достижения не внедряются не потому, что в стране наука плохая (хотя ее престиж и роль в обществе действительно недопустимо снизились), а потому, что практически отсутствуют организации, призванные довести ее результаты до необходимого для внедрения состояния, и потому, что производство не заинтересовано в инновациях. Заметим в скобках, что, если бы реальное производство имело в них потребность, оно нашло бы возможности восстановить недостающие стадии инновационного цикла.

Выводы из этого заключаются в необходимости восстановления в стране полноценного инновационного цикла, в том числе, воссоздания прикладной науки и сектора разработок и обеспечения иных основ формирования конкурентных преимуществ и на этой основе заинтересованности отечественных компаний в инновациях. С этой точки зрения рассмотрим последние новации в научно-инновационной сфере страны.

В последние годы предлагается уже несколько проектов создания параллельных существующим структур развития фундаментальной науки: Курчатовский институт, как альтернатива РАН, формирование “на ровном месте” “кремниевой долины” в Сколково и т. п. Кажется, если заново создать научный центр, привлечь в него зарубежных и эмигрировавших в ходе радикальных реформ ученых, в том числе и с мировым именем, и отечественная наука поднимется на новый уровень и станет источником инноваций. А не все так просто!

Чтобы это понять, зададимся вопросом: а что определяет результативность научно-технической деятельности, что позволяет организации научно-инновационной сферы поддерживать высокий и передовой уровень своих результатов, почему одни организации способны удерживаться на передовых рубежах, а другие - нет? Это не может быть техническим оснащением, поскольку сегодня при наличии желания и средств можно получить доступ к любой передовой технике. Дело и не в более высокой квалификации работников, так как много примеров, когда и эта высокая квалификация не смогла обеспечить эффективной работы. Скорее всего, это и не уровень финансового оснащения, ведь сегодня есть достаточно много способов привлечения средств на свои представляющие научный интерес исследования (хотя бы и за счет отхода от основной тематики).

Значит, ресурсное обеспечение не определяет уровень достижения, хотя оно очень важно. А уровень проводимых исследований определяется имеющейся в организации научной средой. Под научной средой понимается определенный набор качеств и характеристик, имманентно присущих данной научной организации и определяющих уровень проводимых в ней исследований и разработок. К таким качествам следует, в первую очередь, отнести сложившуюся культуру проведения научных исследований:

  • исторически сложившиеся в ней способы и особенности ведения исследований и разработок;
  • научные школы и особенности проведения научных исследований в каждой из них;
  • механизмы взаимодействия разных научных школ;
  • принципы обучения и воспитания научных работников, учеников, создания научных школ;
  • принципы проведения научных дискуссий и сами эти научные дискуссии;
  • сложившийся необходимый уровень научных исследований (“планка”), способы обсуждения и проверки результатов;
  • функционирование системы вовлечения молодых работников в исследования высокого научно-технологического уровня, поддержка молодых ученых;
  • методы подготовки научных кадров;
  • способы привлечения работников к обсуждению перспектив развития научных исследований и самой организации, и многое другое: все то, что определяет уровень проводимых исследований. Любой перечень будет отличаться неполнотой, хотя в каждом конкретном случае понятно, что может скрываться под определяющей уровень исследований научной средой.

Ключевыми для этих характеристик являются формирование и работа научных школ. Научная среда представляет собой результат длительного, даже исторического процесса собственного непрерывного формирования. При этом, если этот процесс прервется, если какое-то время в организации не будет работников, способных впитывать, поддерживать на соответствующем уровне и развивать ее научную среду, последняя может очень быстро потерять свой уровень, определяющий возможности получения значимых научных результатов, или будет вовсе уничтожена. Именно поэтому проходивший в период радикальных экономических реформ в России процесс внутренней и внешней “утечки мозгов” оказался столь критическим для отечественных организаций научно-инновационной сферы.

Таким образом, эффективное функционирование вновь создаваемых сегодня субъектов научно-инновационной деятельности невозможно без их опоры на научную среду достаточно высокого уровня, создание которой возможно только в рамках крупных научных организаций, способных обеспечить ее длительное непрерывное формирование через развитие научных школ, что не под силу мелким организациям. Если обратиться к приведенному выше перечню основных характеристик, определяющих научную среду в организации, то видно, что формирование большинства из них требует длительной работы больших коллективов.

Казалось бы, этот вывод можно было бы опровергнуть, приведя в пример бурный рост малого научно-инновационного предпринимательства в конце 80-х годов прошлого века. Действительно, в период перестройки возникло много работающих в научно-технической сфере кооперативов, научно-технических центров, центров НТТМ, малых предприятий, работающих как самостоятельно, так и при научных организациях. И эффективность работы в них была довольно высокой, что необходимо признать даже с учетом того, что условия их работы были гораздо благоприятнее, чем традиционных научных организаций.

Однако эти организации, доказавшие свою возможность работать эффективно, как правило, создавались вокруг крупных научных организаций. Некоторые из них учреждались научными организациями (или их подразделениями), другие создавались коллективами или отдельными работниками материнской организации: Способы их создания были различны. Также были различны и формы их взаимодействия с материнской научной организацией: от передачи заказов на создании научно-технической продукции, аренды (явной или неявной) оборудования по передачи нематериальных активов.

Но самое главное заключалось в том, что эти малые предприятия находилось под влиянием материнской организации и, фактически, использовали в своей работе ее научную среду, которая и была источником и гарантом высокого уровня научно-технической и внедренческой деятельности этих малых научно-технический организационных форм. Именно крупная научная организация определяла уровень исследований и разработок, ниже которого работники малых научно-технических форм также не могли спускаться в силу того, что их квалификация была сформирована материнской организацией, с работниками которой они все еще поддерживали формальные и неформальные связи. И эта крупная организация обеспечивала уровень работ и малых научно-внедренческих фирм.

Из всего сказанного следует, что в настоящее время необходимый уровень результативности создаваемых новых форм в научно-инновационной сфере может обеспечиваться только за счет соответствующего уровня научной среды. Такая научная среда достаточно высокого уровня может формироваться и поддерживаться только в крупных и имеющих собственную историю научно-технического развития научных организациях.

Полученный результат не только определяет источник неэффективности усилий по развитию венчурных компаний: то, что их работа не опирается на научную среду высокого уровня. Он также позволяет спрогнозировать низкую результативность (не говоря уже об эффективности) формирования “на ровном месте” новых структур, параллельных существующим. В новую “кремниевую долину” можно свести лучших ученых мира, но ее работа будет неэффективна, поскольку в новых организациях научная среда высокого уровня будет создаваться годами и десятилетиями: столько времени, сколько нужно, чтобы сформировать научные школы.

Можно привести эффективные примеры создания новых крупных организаций в советское время, оно они базировались совсем на другом подходе. Например, научные школы в аэродинамике и смежных дисциплинах были вывезены в Подмосковье, в поселок Стаханово, где было создано несколько крупных институтов (ЦАГИ, ЛИИ, НИИП), учебные заведения (факультет аэромеханики и летательной техники МФТИ, подшефные школы, Жуковский авиационный техникум). С самого начала все действия были ориентированы на всяческой содействие развитию научных школ. В результате Жуковский долгое время был мировым центром авиационной науки.

Все сказанное относится и к проектам переместить отечественную науку в исследовательские центры на базе вузов. В развитие вузовской науки последние два десятилетия выявляются две тенденции. Первая - практическое отсутствие финансирования в 1990-х годах вузовской науки, в результате которого наука в вузах не только резко снизила свою результативность, но и потеряла многие научные школы и, в результате, уровень своей научной среды. Вторая - развитие негосударственных вузов, одним из условий аккредитации которых выступает ведение научно-исследовательской работы.

Включение НИР в аккредитационные показатели резко увеличило отчетность по их объему в вузах (если, как уже отмечалось, общее число организаций, ведущих исследования и разработки с 1991 по 2008 г. снизилось на 25%, то число вузов среди них увеличилось на 12%). Потеря научной среды - снизила их уровень и результативность. Разумеется, есть ряд вузов, сумевших в сложных условиях радикальных экономических реформ сохранить свои научные школы. Другая их часть широко использует в учебном и исследовательском процессе работников фундаментальной науки.

Если бы создание исследовательских центров основывалось только на вузах, сохранивших научные школы и научную среду значимого уровня, если бы “кремниевые долины” создавались на базе развитых научных школ (по аналогии с комплексом в г. Жуковском), а не приглашением отдельных ученых, новые инициативы имели бы шанс на успех. Но о таких требованиях пока нигде не говорится.

Иными словами, эффективные меры по активизации научно-инновационного развития отечественной экономики должны базироваться на:

  • изменении положения российских компаний с целью достижения их заинтересованности в инновациях;
  • восстановлении разрушенной цельности научно-инновационного цикла, в первую очередь, в части прикладной науки и разработок;
  • всяческом стимулировании развития отечественных научных школ и создании новых исследовательских, учебно-исследовательских и прочих центров только на базе развитой научной среды, сформировавшейся в крупных научных организациях, имеющих историю собственного эффективного развития.

И только решение означенных вопросов позволит преодолеть тенденции последних двух десятилетий по превращению России в отсталую сырьевую страну, не играющую заметной роли на рынках наукоемкой продукции.

1 См. Научно-технологическое развитие Российской Федерации: состояние и перспективы. Монография под ред. Л. Э. Миндели М.: Ин-т проблем развития науки РАН, 2010

2 Там же.

3 Научно-технологическое развитие Российской Федерации: состояние и перспективы. Монография под ред. Л. Э. Миндели М.: Ин-т проблем развития науки РАН, 2010

Статья опубликована в монографии “Приоритеты и модернизация экономики России”. Институт экономики РАН. СПб.: Алетейя, 2011.

Copyright © 2010–2019 ИПРАН РАН.
Все права защищены.

| Об институте | Деятельность | Международное сотрудничество | Публикации | Избранные статьи | Контактная информация |